Участие в глобальных технологических цепочках как индикатор неоиндустриального развития

Уже сравнительно давно ставится задача новой индустриализации России как необходимого условия ее успешного экономического развития. В тоже время, до начала 2010-х годов очевидных системных шагов для стимулирования развития российской промышленности (за исключением программы локализации автопроизводства) со стороны правительства не наблюдалось. Ситуация изменилась, когда стало очевидно, что действующая экономическая модель, основанная на добыче и экспорте природных ресурсов, уже не дает результата. Темпы роста экономики страны снижались, несмотря на ценовые рекорды, устанавливаемые экспортируемыми нефтью и газом. Инвестиционные процессы шли, но попытки входа на рынок со стороны отечественных товаров были сильно затруднены тем, что в 1990-2000 гг. наиболее перспективные ниши рынок были заняты иностранными производителями, как правило, превосходившими российских по финансовому и технологическому потенциалу.

На наш взгляд, определяющими шагами в изменении подходов к развитию промышленности России стали решения, направленные на расширение рынков сбыта для отечественных производителей, причем рынков как внешних, так и внутренних.

Для внешних рынков (стимулирования несырьевого экспорта) таким стало создание в 2011 г. по образцу вполне обыденных для развитых стран экспортных страховых агентств Экспортного агентства России (ЭКСАР). Формирование этого направления было, в основном, закончено, после присоединения к ЭКСАРу Росэксимбанка и создания нефинансовых структур поддержки экспорта и выразилось созданием в 2015 г. Российского экспортного центра (РЭЦ). В результате страна получила вполне стандартную в мировом формате структуру поддержки экспорта.

Для внутреннего рынка ключевым стало провозглашение политики импортзамещения, в рамках практической реализации которой в 2014 году создается Фонд развития промышленности, главной задачей которого является финансирование импортзамещающих производств, а 17.07.2015 г. принимается Постановление Правительства РФ № 719 «О подтверждении производства промышленной продукции на территории Российской Федерации», которым, с определенными оговорками, закрывается от иностранных производителей сфера госзакупок и, фактически, примыкающая к нему сфера закупок государственных корпораций. Таким образом, от иностранных производителей закрыли значительную часть российского платежеспособного спроса, освободив ее для продуктов внутреннего производства.

В данном случае мы избегаем изложения внешнеполитических процессов, хотя и должны отметить их значимость для развития спроса на российские товары.

В тоже время эмпирические наблюдения показывают, что на текущий момент, как минимум, на Урале (мы предполагаем, что данные показатели распространены на всей территории РФ), сформировалось два сильно различающихся по экономическому положению сектора промышленности. Что интересно, технологический и отраслевой фактор здесь особого влияния не играют. В чем же дело? Можно предположить, что срабатывает субъективный фактор – качество управления бизнесом. Однако возьмем на себя смелость предположить, что причины данного явления несколько глубже.

Для начала попробуем рассмотреть ситуацию на более доступном для нас примере – деятельности предприятий региона в сфере экспорта.

Свердловская область давно занимает определенное место в международном разделении труда, что связано с исторически сложившейся структурой промышленного производства на её территории. В основном, это продукция черной и цветной металлургии, переработка древесины (фанера), продукты неорганической химии (продукция ферросплавного производства, атомной промышленности).

Поставки данных продуктов достаточно диверсифицированы по географии, по потребителям, предприятия прошли полную или частичную модернизацию, технологический уровень их производства находится, как минимум, на среднемировом уровне, цены тоже. Главной угрозой для этих секторов является глобальное перепроизводство, однако текущий уровень издержек (в валюте) дает им дополнительное преимущество на ценовом уровне (краткосрочно).

Дополнительно следует отметить, что российская, и, в частности, уральская металлургия как ее значимая и неотъемлемая часть – главный объект различного рода торговых ограничений со стороны практически всех основных стран – внешнеторговых партнеров РФ.

В тоже время ряд предприятий очень слабо реагирует на конъюнктурные проблемы. Это предприятия, выпускающие сложную высокотехнологичную продукцию, имеющие устойчивую положительную репутацию на мировом рынке и жестко вписанные в технологические цепочки глобальных производителей. Для примера можно назвать ВСМПО-АВИСМА, ВИЗ-Сталь, СВЕЗА Верхняя Синячиха. В отличие от биржевых товаров, универсальных по своей природе (железные слябы, медные катоды, алюминиевые чушки), их продукцию, адаптированную под требования конкретных потребителей, заменить достаточно сложно и дорого.

В то же время товары всех вышеупомянутых категорий обладают одной общей характеристикой: они созданы в соответствии с глобальными технологическими стандартами и/или в кооперации с глобальными производителями.

Таким образом, наиболее устойчивые объемы (и в натуральном, и в финансовом выражении) экспорта демонстрируют предприятия, жестко вписанные в механизм, известный в экономической науке под названием «глобальные цепочки создания добавленной стоимости».

Как и в целом в России, участие предприятий Свердловской области в ГЦС заключается в том, что основные связи ГЦС, в которые они вовлечены, являются восходящими (т.е. другие страны используют экспортируемые товары в качестве сырья или компонентов в своем производстве). Исключением, пожалуй, могут считаться вновь созданные в конце нулевых «Уральские локомотивы», которые сформировали под себя полноценную нисходящую цепочку (с учетом комплектующих «Сименса» ее вполне можно считать глобальной), но это на текущий момент именно исключение из правил. Впрочем, такая специализация не препятствует созданию высокой добавленной стоимости в рамках ГЦС. Экспортируемая наиболее продвинутыми предприятиями продукция - трансформаторная сталь, титановые сплавы, конструкционная фанера – продукты с высокой добавленной стоимостью. В тоже время хотели бы отметить, что, с нашей точки зрения, в данном обзоре, поскольку речь идет, в основном, о технологической привязке (использование продуктов, произведенных по согласованной технологии для использования в дальнейшем технологическом процессе), правильнее использовать термин «технологические цепочки».

В целом, если оценивать наиболее перспективные для роста экспорта продукты, они, вне зависимости от отрасли, должны быть созданы в соответствии с глобальными технологическими стандартами и/или в кооперации с глобальными производителями, т.е. речь идет опять же о встраивании, в первую очередь, именно в технологические цепочки.

Отвлечемся от экспорта и попробуем посмотреть шире. Следует отметить, что экспортоориентированные предприятия, перестраиваясь в рамках как стандартов систем менеджмента качества, так и отраслевых стандартов, подтягивают до своего уровня контрагентов, отказываясь от услуг тех, кто не в состоянии соответствовать их требованиям. Практика региональных несырьевых (как, впрочем, и сырьевых) промышленных гигантов, как старых модернизированных, так и вновь созданных (УВЗ, трубные заводы, «Уральские локомотивы», и др.) показывает, что их требования к своим поставщикам практически соответствуют требованиям, устанавливаемым их зарубежными аналогами из развитых стран. Тем самым они сами формируют собственные технологические цепочки, при этом сохраняя неизменным одно условие – соответствие глобальным технологическим стандартам. Учитывая, что участвующие в глобальных технологических цепочках предприятия генерируют основную долю платежеспособного спроса в промышленности России, можно уверенно утверждать, что мы наблюдаем (и будем наблюдать) с одной стороны, выдавливание с рынка предприятий, не соответствующих глобальному уровню, и с другой стороны, увеличение количества и размеров «новых» промышленных предприятий, не важно – модернизированных на базе существовавших советских или созданных с «нуля».

Нельзя не обратить внимание на, пожалуй, основную проблему «импортзамещения». Технически сложный отечественный продукт, способный заменить импортный товар, при всей господдержке часто уступает по характеристике «цена». Объясняется это «эффектом масштаба» - когда российский производитель создает практически «штучный» продукт для внутреннего рынка, призванный конкурировать с массовым производством глобальных конкурентов, пусть даже уступающим по ряду характеристик, тем не менее, в достаточной степени соответствующим требованиям потребителей. Выход здесь один – на глобальный рынок, условия для которого – соответствие глобальным технологическим стандартам.

Более того, учитывая распространение таких инструментов, как техрегламенты Евразийского экономического союза (ЕврАзЭС), справочники наилучших доступных технологий (НДТ), в разработке которых доминируют именно крупные предприятия, включенные в глобальные технологические цепочки, административное давление на предприятия, не соответствующие глобальным стандартам, будет нарастать.

Таким образом, основу «новой» российской индустрии могут составить только предприятия, уже участвующие или потенциально способные вписаться в глобальные технологические цепочки. Все остальные, невзирая, в ряде случаев, даже на наличие неких уникальных компетенций, обречены на экономическую маргинализацию.

Воротков Павел Александрович, аналитик АНО "Агентство по привлечению инвестиций Свердловской области"

19.12.2019, 12:56
Будьте в курсе событий